Оскар Уайльд
Оскар Уайльд
 
Если нельзя наслаждаться чтением книги, перечитывая ее снова и снова, ее нет смысла читать вообще

Гальфдан Лаангард - Оскар Уайльд. Детство и юность

Гальфдан Лаангард - Оскар Уайльд. Его жизнь и литературная деятельность.
Биография Оскара Уальйда

Первая обязанность в жизни — это быть возможно большим художником. Вторая еще не открыта.
О. Уайльд

Оскар Фингал О’Флаэрти Уиллс Уайльд родился в Дублине 15 октября 1856 года. Крестным отцом его был шведский король.

Об его детстве почти ничего не известно. Отец его, сэр Вильям Роберт Уиллс Уайльд, кроме своей известности, в качестве археолога, пользовался еще репутацией выдающегося врача и писателя. В 1844 году он возобновил деятельность госпиталя св. Марка в Дублине под названием "Ophtalmic Dispensary", работал долгое время в качестве редактора одного медицинского журнала, читал много лет лекции по глазным и ушным болезням и занимался кроме того плодотворной, многосторонней литературной деятельностью. Его заслуги снискали ему широкую известность и почет: в 1853 году он был назначен "Surgeon Oculist" королевы Ирландской, был произведен впоследствии в качестве "Assistent Commissioner of the Census of Ireland" в рыцарское сословие и в 1873 году получил, наконец, Каннингемскую медаль от ирландской академии. В качестве врача, главным образом, окулиста, он снискал себе всеобщее уважение, а благодаря введению замечательного метода исследования занял видное место в науке.

Когда в апреле 1876 года он умер, жена его, на которой он женился в 1851 году, переехала в Лондон, где до конца своих дней (1896) и жила вместе со старшим сыном Вилли. Под псевдонимом "Сперанца" она, в качестве писательницы, пользовалась большой популярностью, особенно среди женщин, и её дом принадлежал к числу наиболее посещаемых в Дублине. Она была племянницей известного романиста Чарльса Матурина, "друга Гете, Байрона и Вальтер Скотта" и автора романа "Мельмот"; Матурин, писавший в духе Бальзака, воодушевлял, однако, Бодлера и оказал сильное влияние на романтическое движение, имевшее место во Франции в тридцатых годах. Ясно, таким образом, что талант Оскара Уайльда вырос на чисто отечественной почве.

О своих родителях он отзывался всегда с величайшей любовью и уважением, особенно о матери, которую он больше и лучше знал. Бывая в Лондоне, он не пропускал дня, чтобы не посетить ее и, несмотря на свой расточительный образ жизни, всегда ей помогал.

Приходя к ней, он первым делом направлялся к небольшому портфелю, где лежали её неоплаченные счета и никогда не уходил, не оставив значительной суммы для покрытия её расходов.

Судьба не дала ему возможности присутствовать при её последних минутах, так как в это время он как раз находился в тюрьме. В других странах подобная милость оказывается даже самым завзятым преступникам. Англия не знает этого и не сделала в данном случае исключения даже для наиболее выдающегося своего поэта. Легко можно представить себе, сколько он должен был выстрадать вследствие этого.

Помимо названного уже брата, к которому он питал всегда сильную любовь, несмотря на то, что их жизненные пути впоследствии разошлись, и который во время его первого процесса, когда для него закрылись все двери, принял его с распростертыми объятиями, у него была еще сестра, умершая молодой девушкой. Он " боготворил ее и, говоря о ней впоследствии, не мог буквально удержаться от слез. "Она была золотым лучом солнца в нашей семье." Оскар Уайльд начал свое образование в Portora Royal School в Эннискиллене и скоро обнаружил большие способности. "Быть во время зрелым значит быть совершенным", была одна из любимых его поговорок, и сам он всегда строго придерживался её.

Пробыв с 1873 — 1874 г. в Trinity College в Дублине, где, между прочим, за выдающиеся способности в греческом языке получил золотую медаль, он перевелся в Magdalen-College в Оксфорд и слушал там лекции в течение последующих четырех лет. Впоследствии он с огромным воодушевлением и в то же время с глубокой грустью отзывался об этих " годах, бывших для него наиболее приятным и счастливым периодом жизни.

В Оксфорде он снискал к себе скоро всеобщее внимание отчасти своей светлой, умной головой, отчасти своей эксцентричной внешностью. Он носил всегда "эстетическое одеяние", которое способствовало расширению его популярности. В сатирических журналах помещались на него карикатуры, и помимо этого он имел честь быть воспроизведенным на сцене в оперетке Сюлливана. "Есть только одно извинение тому, чтобы одеваться время от времени эксцентрично," говорил он, "это быть всегда сверх культурным". И надо отдать ему справедливость: с изумительным рвением

он старался в разговоре, в письме, в одежде и поведении следовать своему принципу: "Необходимо или быт художественным произведением или создавать его".

Во время своего пребывания в Оксфорде он находился под сильным влиянием Джона Рескина, выступавшего там в качестве профессора истории искусств. Уайльд принадлежал к числу тех энтузиастов, которые под влиянием учителя брались за заступ и кирку, чтобы проложить дорогу близь города. Рескину он обязан и своими односторонними, парадоксальными, жизненными и художественными воззрениями. В одном из своих очерков о социализме, он выражает, подобно Рескину, свою ненависть к "порабощению машиной": "Один владеет теперь машиной, могущей выполнить труд пятисот человек. Благодаря этому эти пятьсот человек стали безработными и принуждены — отданные во власть голоду — заниматься воровством. Один присваивает себе продукт машины и получает таким образом, в пятьсот раз более, чем ему следует и — что гораздо важнее и знаменательнее — чем ему на самом деле нужно. Благодаря этому, машина вытесняет людей, между тем как при нормальных условиях она должна И была бы быть, наоборот, их слугой."

Если Уайльд в некоторых пунктах, как, например, в своей возвышенной любви к искусству ради искусства, значительно расходится с Рескином, то воззрения последнего встречаются всё-таки даже в позднейших его сочинениях. В последний год пребывания в Оксфорде Уайльд за свое стихотворение о Равенне получил "Newdigate-Prize" и в то же время своими поэтическими и историко-литературными трудами с блестящим успехом приобрел ученую степень.

Теперь он окончательно посвятил себя литературе и опубликовал в различных газетах и журналах множество большею частью стилизованных стихотворений, отличавшихся уже тогда его любовью к жизни и красоте. Они все дышат удивительной свободой и оригинальностью и благодаря своей законченной, совершенной форме возбудили вполне заслуженное внимание. Особенно широкую известность приобрел его прекрасный "Сонет к свободе". В 1881 году он издал собрание избранных стихотворений, которое в течение трех недель выдержало не более не менее, как шесть изданий, — успех совершенно невероятный в такой холодной и равнодушной стране, как Англия, но объясняемый несколько той рекламой, которой Уайльд всегда умел пользоваться.

В следующем году эта книга была вновь издана в Нью-Йорке. Уайльд читал как раз в то время целый ряд лекций в Америке и более двухсот раз имел возможность развивать перед самыми различными аудиториями свою теорию "эстетической философии".

Во время этого турне, о котором Эдмонд де-Гонкур сообщает в своем дневнике несколько, впрочем, не вполне достоверных эпизодов, вышла в Филадельфии книга стихов молодого поэта Ренелль-Рода "Rose-leaf and Apple-leaf", снабженная предисловием Уайльда. Это предисловие весьма метко было названо его "эстетическим манифестом", так как в нем впервые он стройно изложил свой взгляд на господствующее литературное течение. В то же время в Нью-Йорке была поставлена его пьеса "Вера, или Нигилисты" ("Vera or the Nihilists"), незначительное юношеское произведение, не появлявшееся никогда ни прежде, ни впоследствии ни на одной европейской сцене.



 






Реклама

 

При заимствовании материалов с сайта активная ссылка на источник обязательна.
© 2016 "Оскар Уайльд"